В семье ходит шутка, что я, мол, родом не то, что не из Беларуси, а вообще не из русскоязычного пространства. Ничего с молоком матери не впитала: и груз 200 мне объяснять надо,  и 9 граммов, и почему перст один (их ведь 5!), и почему сокол гол (он ведь в перьях ).

Последние многие годы помню, что когда встречаю на улице, или в транспорте, человека, который мне нравится – хочется обменяться с ним улыбками. Казалось бы, универсальный язык – обмениваетесь улыбками, каждому на душе добреет, настроение поднимается, добро перевешивает… Но нет, такого почти никогда не случалось. Люди обычно либо не замечали, либо отвечали неадекватными, злыми взглядами.

Приехав во Францию, я наконец оказалась в среде, мне близкой. Правда, 20 лет жизни в Беларуси наложили отпечаток, я вела себя поначалу по-медвежьи,с непривычки  неловко, но здесь, в свободной стране (я не претендую, что дело именно во Франции) люди здороваются на улицах, улыбаются друг другу, сидя напротив в метро, желают хорошего вечера, уходя.

В культуре ли дело? А может, в?..

Читаем:

[[Visit blog to check out this spoiler]]

[[Visit blog to check out this spoiler]]

Моя поразительная двоюродная бабка – баронесса Бредова, рожденная Толстая, – с лихвой заменяла мне более кровную родню. Ребенком лет семи-восьми, уже таившим секреты законченного безумца, я даже ей (тоже далеко не нормальной) казался слишком уж хмурым и вялым, – на деле-то я, разумеется, предавался наяву грезам самого безобразного свойства.

— Довольно кукситься! – бывало, восклицала она. – Смотри на арлекинов!

— Каких арлекинов? Где?

— Да везде! Всюду вокруг. Деревья арлекины, слова – арлекины. И ситуации, и задачки. Сложи любые две вещи – остроты, образы – и вот тебе троица скоморохов! Давай же! Играй! Выдумывай мир! Твори реальность!

Так я и сделал. Видит Бог, так я и сделал. И в честь моих первых снов наяву я сотворил эту двоюродную бабку, и вот она медленно сходит по мраморным ступеням парадного крыльца памяти – бочком, бочком, бедная хромая старуха, испытывая край каждой ступени резиновым кончиком черного костыля.

(Когда она выкрикивала три этих слова, они вылетали бездыханной ямбической строчкой с быстрым лепечущим ритмом, как будто “смотрина”, ассонируя со “стремнина”, мягко и ласково вело за собой “арлекинов”, выходивших с веселой силой, – за протяжным “ар”, жирно подчеркнутым в порыве убежденного воодушевления, следовало струистое осыпание похожих на блестки слогов.)

Набоков, “Смотри на арлекинов”

Итак, чтение книжки продолжается, и нарождаются новые мысли. Сдерживать себя нет сил, но чтение еще не окончено, думаю (но не факт), что все это завершится третьим, завершающим постом, когда я всё дочитаю. Теперешние мое словоизлияние больше походит на рецензию.

[[Visit blog to check out this spoiler]]

Читаю новую книжку Пелевина.
Первая поверсть – оторвать и выкинуть. Моя собственная сентенция на этот счет: “критически низкая концентрация смысла в единице объема текста”. Автор уличен мною: а) упоминаемый тут персонаж – главный персонаж этой повести и б) еще более откровенно ссылается сам на себя: “Недавно вот симпатичный юноша попросил огурца на хорошем иврите” – Дженерейшн Пи (огурец там был даже соленый)
Вторая повесть более замороченная. Один раз я даже захохотала.

[[Visit blog to check out this spoiler]]

А вот самый зач0т:

Никчемное и совершенно не нужное приложение вдруг загружает процессор до такой степени, что все окна сначала начинают залипать, потом замирают совсем, вентилятор ревет как зимняя вьюга, и после нажатия клавиши «on/off» Стив Джобс или Билл Гейтс с виноватой улыбкой уплывают перегружаться в предвечную тьму: как сказал Владимир Набоков, все несчастные семьи похожи друг на друга.

Ну, по осям Пелевин вообще любит проехаться мне на радость, но более мне понравилась цитата из Набокова. А понравилась она мне тем, что а) я знаю, что это перевранная цитата Толстого (переврана самим Набоковым) б) я знаю, откуда это цитата (”Ада, или радости страсти”, первое же предложение).
Под вопросом остается низкое качество литературного продукта. То ли Пелевин исписался/обеднел/утратил музу/что-то еще страшное, то ли он так над нами, своими читателями, постебался. Распиарился, много чего хорошего написал, и ткнул нас, читателей общества потребления, лицом в пост-моденистскую грязь. Несмотря не нелицеприятность (неприятность лицу) второго варианта, мне он нравится больше, потому что не хочется разочаровываться в хорошем дядьке.

Смотреть, как на город опускаются ноябрьские сумерки, невыразимо грустно. Но я не могу оторваться. Особенно, если это происходит на берегу Сены.

скачать I’m Kloot – To the Brink